• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
02:26 

Стареешь, внученька, стареешь (с)

Это грустный пост о том, что в Латвии собирается быть ролёвка по Толкиену (в Латвии! по Толкиену!), я собираюсь играть хоббита и вроде всё классно (кроме того, что ничего не готово, а времени осталось два дня!), но при этом я ловлю себя на мысли о том, что лучше бы сделала то, то и ещё это, и вообще игра - это стресс. Что хуже всего, игра будет по-английски, потому что делается вместе латышами и литовцами, русскоязычных приедет штук 15 со всей Прибалтики. Я и в латышском-то своём не уверена (при переписке с мастером лезу в словарь), что уж говорить об инглише. Ещё квенту по-английски писать, вообще адов ад.
Милое Мироздание, вот обязательно устраивать сбычу мечт так, чтоб она была в тягость?
Нет, я по-прежнему ролевик и вроде даже со светом Амана в глазах, но просто что-то меня реальность зажевала и проглотила. Эскапизм, вернись, я всё прощу.

13:29 

Монастырские впечатления. Часть третья.

Монастырские впечатления, часть третья, последняя. Пани Жджислава.
Седовласая дама в дорогих серьгах и в полураспахнутом домашнем халатике решительно кладёт мне в тарелку ещё одну котлету. Возражения не принимаются. Бабушки везде одинаковы. Её здесь и называют попросту babcia, бабушка. Когда-то она танцевала в ансамбле, была бойкой и резвой - да и сейчас ещё ого-го. В свои 76 она увлечённый автолюбитель и регулярно самостоятельно приезжает в монастырь.
- У меня недавно муж умер, - говорит она. - Плачу, сажусь за руль. Завожу мотор - и вся печаль проходит.
Чаевничаем с тортиком.
- Вы молитесь отдельно, я отдельно, - строго говорит пани Жджислава нам с сестрой Н.
- Но мы можем прочитать молитвы и по-польски, а не по-церковнославянски, - робко возражает послушница. - Или по-латышски. Анастасия, ты знаешь "Отче наш" по-латышски?
Я смущённо качаю головой. Пани непреклонна.
- У нас разная конфессия. Молиться будем отдельно.
У непреклонной католички внук - православный монах в Супрасле, а внучка полгода жила в православном монастыре в Зверках. Монашкой не стала, ушла в мир и переехала в Австралию. Но за то время, пока бабушка ездила помогать своей Зусе, с местными насельницами она сроднилась. Стала, так сказать, всеобщей бабушкой.
Уход внука в монастырь она вспоминает с удивлением.
- Они в Англии жили. Вдруг звонит внук: "Бабушка, я в Польше. В Супрасле". - "Что ты там делаешь?" - "В монастырь ухожу". - "Там же православный монастырь, а ты же католик!" - "Уже нет". Звоню дочери. "Знаешь, где твой сын?" - "Да вроде поехал с друзьями куда-то". - "Он в Супрасле". - "Что он там делает?" - "В монастырь уходит". "Куда?!" Дочка плакала и отговаривала его, а он ей так строго: "Не плачь, мама, я больше не твой, я Божий".
История Зуси была проще и печальнее: рассталась с мужем, с родителями поругалась, жить негде, брат пристроил пожить в монастырь. Но смиренной сестры Зузанны из неё не вышло, так что теперь пытается построить своё австралийское счастье. Дай Бог получится.
Свой католический крестик пани Жджислава носит так, чтобы видно было. Но при всём своём католичестве выдала следующее:
- Закончилась служба, и Владыка пошёл благословлять народ. Чтобы у католиков епископ вышел с народом общаться? Да они тут все... (показывает задранный нос). В православии проще всё, душевнее. И глубже. Будь я моложе - перешла бы. Но уже не буду.

13:29 

Монастырские впечатления. Часть третья.

Монастырские впечатления, часть третья, последняя. Пани Жджислава.
Седовласая дама в дорогих серьгах и в полураспахнутом домашнем халатике решительно кладёт мне в тарелку ещё одну котлету. Возражения не принимаются. Бабушки везде одинаковы. Её здесь и называют попросту babcia, бабушка. Когда-то она танцевала в ансамбле, была бойкой и резвой - да и сейчас ещё ого-го. В свои 76 она увлечённый автолюбитель и регулярно самостоятельно приезжает в монастырь.
- У меня недавно муж умер, - говорит она. - Плачу, сажусь за руль. Завожу мотор - и вся печаль проходит.
Чаевничаем с тортиком.
- Вы молитесь отдельно, я отдельно, - строго говорит пани Жджислава нам с сестрой Н.
- Но мы можем прочитать молитвы и по-польски, а не по-церковнославянски, - робко возражает послушница. - Или по-латышски. Анастасия, ты знаешь "Отче наш" по-латышски?
Я смущённо качаю головой. Пани непреклонна.
- У нас разная конфессия. Молиться будем отдельно.
У непреклонной католички внук - православный монах в Супрасле, а внучка полгода жила в православном монастыре в Зверках. Монашкой не стала, ушла в мир и переехала в Австралию. Но за то время, пока бабушка ездила помогать своей Зусе, с местными насельницами она сроднилась. Стала, так сказать, всеобщей бабушкой.
Уход внука в монастырь она вспоминает с удивлением.
- Они в Англии жили. Вдруг звонит внук: "Бабушка, я в Польше. В Супрасле". - "Что ты там делаешь?" - "В монастырь ухожу". - "Там же православный монастырь, а ты же католик!" - "Уже нет". Звоню дочери. "Знаешь, где твой сын?" - "Да вроде поехал с друзьями куда-то". - "Он в Супрасле". - "Что он там делает?" - "В монастырь уходит". "Куда?!" Дочка плакала и отговаривала его, а он ей так строго: "Не плачь, мама, я больше не твой, я Божий".
История Зуси была проще и печальнее: рассталась с мужем, с родителями поругалась, жить негде, брат пристроил пожить в монастырь. Но смиренной сестры Зузанны из неё не вышло, так что теперь пытается построить своё австралийское счастье. Дай Бог получится.
Свой католический крестик пани Жджислава носит так, чтобы видно было. Но при всём своём католичестве выдала следующее:
- Закончилась служба, и Владыка пошёл благословлять народ. Чтобы у католиков епископ вышел с народом общаться? Да они тут все... (показывает задранный нос). В православии проще всё, душевнее. И глубже. Будь я моложе - перешла бы. Но уже не буду.

09:45 

Вечер в семье историка.
- Дорогой, посмотрим "Доктора Дулитла"?
- Хуицилихуитла!
(Хуицилихуитл - вождь ацтеков, чьё имя означает "перо колибри". А не то, что вы подумали).

22:26 

Кто хочет пообщаться с журналистами?

Двое молодых журналистов-путешественников, полька и русский, будут в Латвии 11-14 августа. Было бы идеально, если б кто-то позвал их в гости на ночлег, но и готовность просто пообщаться - уже хорошо.
Антон Волков и Agata Malec занимаются образовательным проектом "Балтийские образы". Они собираются писать путевые заметки о Прибалтике. Интересуются местным фольклором, культурными связями России, Польши и Прибалтики и жизнью нацменьшинств, в частности, поляков и русских. Так что если кто готов поговорить за национальную тему - тоже пишите. Вот, например, материал Антона о жизни россиян в Польше - чтоб было понятно, что примерно они собираются писать.
lenta.ru/articles/2015/06/15/poland/
Агата тоже писала статьи о своих путешествиях автостопом по России и Украине, но, к сожалению, они все на польском.
Поездка проводится при поддержке Общества сотрудничества Польша-Восток (Опольское отделение) и журнала "Zupełnie Inny Świat". Ребята проводят разные интересные занятия, среди них - оригами, декупаж, моделирование воздушных шариков и мастер0класс по расписыванию лампочек.

Ну а ещё это классные люди, с которыми просто интересно пообщаться. Всем их советую, в общем. Пишите мне в личку, а лучше - найдите на фейсбуке Агату и пишите ей.

@темы: путешествия, Польша, Россия, журналисты

12:22 

Сегодня моё подсознание решило: а чем я хуже Джорджа Мартина? И очутилась я во сне среди братьев Ночного Дозора. У нас был поход куда-то далеко за Стену, и там не было деревьев. Поэтому костёр мы топили людьми. Каждый вечер выбиралось двое самых хлипких. Им внушалось, что это честь - согреть братьев своей гибелью. И только я знала, что на самом деле это жертвоприношение Белым Ходокам, и если никого не сжечь, ночью придут они.
У нас была старинная стеклянная банка, где перекатывались какие-то мелкие зёрна или бусины. На самом деле это были буквы, и вместе они складывались в текст, который нужно было расшифровать, потому что он мог бы помочь справиться с Ходоками. Текст был почему-то на польском, и я могла бы его прочитать, но он был мелким-мелким, глаза всё время теряли нужную строчку, а малейшее шевеление банки приводило к изменению текста.
В какой-то момент я стала Джоном Сноу, который не выдержал и стал вдохновенно рассказывать товарищам правду и призвал прекратить жертвоприношения. Мол, чем мы лучше Крастера. Энтузиазма его предложение не встретило. Драконова стекла ни у кого не было, и встречать нежить никто не хотел.
В следующий момент хотели сжечь уже меня, и я была уже не храбрым Джоном Сноу, а бесконечно испуганной слабой Ананастей. И мучительно думала: так, если я попрошу перед смертью позволить мне погулять по огороду (там откуда-то взялся огород бабушки с дедушкой), это прокатит? Мне поверят, что я не сбегу? Я могу поклясться, что не сбегу. Клятву нарушать нехорошо, конечно, но сгореть заживо ещё хуже. Убегу, уползу, наверное, всё равно встречу Белых Ходоков - но проживу хоть немного дольше.

00:47 

Впечатления о польском монастре. Часть вторая.

Впечатления о польском монастыре. Часть вторая, религиозно-литературная.

- Если бы два года назад кто-то сказал, что я уйду в монастырь, я бы посмеялась, - говорит сестра Н., послушница. - Я училась на полонистике, хотела быть журналистом. Подрабатывала, жила самостоятельно, парень был. Всегда была компанейской. А в душе нарастала пустота. Всё было хорошо, а смысла в этом не было. Религиозной никогда не была, а тут появились православные знакомые. И как-то постепенно сама стала всё чаще заходить в церковь. Приехала один раз в этот монастырь, стало мне так хорошо, и я подумала: "Господи, я всё брошу, книжки брошу, буду всю жизнь укроп крошить, только позволь мне здесь остаться". Позволил. Так и занимаюсь укропом и прочими растениями. Я ведь всегда книжки глотала и писать любила очень. И сейчас очень радуюсь, когда матушка поручит мне письмо кому-нибудь написать. Но это редко бывает. Некогда писать, да и нельзя без благословения даже дневник вести. Но когда ты целый день физически трудишься во славу Божию, устаёшь очень - Господь тебе такую радость даёт! Не надо говорить, что кто-то не годится в монахи. Никто не знает, кого Он призовёт.

"Нет, Господи, меня не зови, - с ужасом подумала я. - Писать не брошу, даже не проси. Это даже не самое ценное, что у меня есть - это единственное, что у меня есть. Да что там, без фейсбука я начинаю спамить смс-ками друзьям, потому что не делиться впечатлениями не способна вообще".

Что забавно, мотивы выбора конфессии у православных поляков местами те же, что у российских католиков.
- Как-то с парнем-католиком мы зашли в костёл, - говорит сестра Н. - Там священник говорил проповедь. О политике. Ну как так? Он должен говорить, как душу спасти, а не за какого депутата голосовать. Католическая Церковь слишком политизирована.
- Закончилась служба, и Владыка пошёл благословлять народ, - рассказывает пани Жджислава, персонаж, достойный отдельного поста. - Чтобы у католиков епископ вышел с народом общаться? Да они тут все... (показывает задранный нос). В православии проще всё, душевнее. И глубже.

Монастырская церковь - смесь русского и греческого в той пропорции, чтоб было хорошо и красиво. У стен стасидии (кресла такие), так что на службе иногда можно сидеть - хотя сидят гораздо реже, чем греки, и сидят не все. Роспись - критский стиль+церковнославянские надписи. На одной стене была фреска, где Пилат умывает руки. Пилат почему-то был бородат, и я зависла.
Литургия в монастыре бывает только раз в неделю, в воскресенье. Обычно нет священника и сёстры читают и поют молитвы сами. Два часа в шесть утра, час в семь вечера... Мне, мирянину, вынести этот объём было очень тяжело (а они-то ещё за работой молятся постоянно). Пожалуй, даже сложнее, чем невозможность тут же поделиться полученной информацией в письменном виде (да, блогерство - тоже болезнь, сродни селфи). Один раз я спала на стасидии во время утрени. В другой раз после вечерни психанула и ушла гулять в лес, опасаясь, что иначе сорвусь и наору на неповинных монашек за их невыносимое благочестие. Услышала вдали вой, стреманулась, далеко не пошла, но остыть успела. Зато олениху видела. Ещё и лоси вдалеке кричали, кажется. Подлесье, дикая природа, все дела.
Всё-таки на данном этапе духовного развития в лесу мне лучше и легче, чем в храме. Не нужно вести себя прилично. Можно запеть. Можно черничину сорвать съесть. Можно взять, достать блокнот и записать всё, что в голову придёт. Не станешь же писать в церкви, ну. Всё-таки 10 дней не писать ничего, кроме смс - это как-то не по мне.

23:22 

Монастырские впечатления. Часть первая.

Я тут пожила 10 дней в польском православном женском монастыре в Зверках, что под Белостоком. И понемножку буду публиковать свои разрозненные впечатления.

Часть первая, национал-филологическая.

О языке польских православных (живущих в основном в окрестностях Белостока) можно научную работу писать. Почитай отдельная нация, что-то среднее между поляками и белорусами. Западные поляки часто не считают их за поляков вообще. Православные - значит, russkie. По словам одной монахини, половина сестёр, если б нужно было назвать одну национальность, записала бы себя скорее в белорусы. Не зная белорусского при этом и посредственно зная русский. В речи много русизмов, говорят, есть ещё белорусизмы и украинизмы, не слышала. Ну и церковнославянизмы, естественно. Как говорили сёстры, польские слова иногда не передают всей глубины значения церковнославянского слова. Смирение - это состояние души, а pokora - это только внешнее проявление смирения. Покаяние - это изменение сознания, а слово pokuta связано скорее с выполнением наказания за грех.
Полонизированные русизмы - отдельная забавная вещь. Берётся слово "батюшка", становится baciuszka. Ударение сохраняется, а склоняется всё по польской парадигме. Так что есть стол dla baciuszków.
К монахам не принято обращаться на пан/пани. Чаще всего они друг с другом на ты, а если нет, то используют обычное польское обращение в третьем лице, но "пани" заменяется на siostra. Но это теоретически. Потому что практически чаще всего они используют "вы". Совершенно не по-польски, зато проще.
Польский акцент в церковнославянском - самый правильный в отношении того, как должен теоретически звучать труъ-старослав. Никакого аканья, твёрдое "ч"... Но не понимала я его абсолютно. Когда читались незнакомые молитвы, я поначалу пыталась вслушиваться и вникать, а потом забила.

14:46 

У каждого города есть та черта, за которой он как бы говорит: да ладно, смотри, я же только притворяюсь солидным городом. Как будто офисный работник в пятницу скинул пиджак, надел спортивки с вытянутыми коленками, погрызанные собакой тапки - и пошёл за пивом.
Рига между Островным и Южным мостами именно такая. Сама не верит, что она город, и по-простецки пестрит тысячелистником, клевером, чистотелом, цикорием.
А под Южным мостом вообще не верится, что сверху цивилизованно ездят взад-вперёд машины. Их почти не слышно. Сидишь себе в камышах, вертишь в руках камешки, а сверху такая странная-странная крыша, чуждый элемент.
Чем больше по Риге гуляю, тем больше её люблю.

21:52 

Разборчивая барышня и современные реалии

Вот есть некий вьюноша, который, кажется, ко мне несколько неравнодушен. Высок, строен, красив, довольно умён, амбициозен и очень мил. И чувством юмора не обделён. И чего бы мне не засматриваться, спрашивается. Бабушка бы от такого в восторге была, да и мама тоже. Но когда я читаю его записи о политике, мои глаза сворачиваются в трубочку. Поэтому нетЪ, прости, бабушка.

10:49 

Мне приснился Гоголь. В шинели. В окопах Первой Мировой. Нас с ним оставалось только двое. Нужно было как-то заставить противника вылезти на простреливаемую местность, и Николай Васильевич придумал хитрость. Взял стеклянную бутылку, наполнил долларами и превратил в хлопушку. Нужно было кинуть бутылку к вражескому окопу. Кто-нибудь откроект, доллары разлетятся, и солдаты кинутся их подбирать - тут-то мы их и перестреляем.

02:36 

В соседней квартире развылась собака. Хозяин безмолвствует, видимо, пьян. А может, дуэтом? Ты выть, а я плакать. Для рифмы сюда запихнуть бы "стакан" - да выйдет фальшиво. Не пьющий, не врущий. Паршиво для творческой личности, ну. Хорошим и правильным - райские кущи. При жизни. Авансом. Вменяют в вину.
Хорошим - хоругви, хоралы, кефиры, стихи о природе и вере в людей. Хороший бесправен по правилам мира. Он должен любить - мир, детей, лебедей.
Хороший не делал фатальных ошибок, душа без ушибов, штанины подшиты, все грабли в сарае, душа не в раздрае, короче, не жизнь - а подобие рая. А если разнылся - то, значит, зажрался. Главою склонился.... Упал, блин! Отжался!
Послушай, лохматый. А может, сбежим, а? Ты от хозяина, я от себя. Давай автостопом до Иерусалима, давай на планету оживших опят, давай в Зазеркалье и в Средневековье, давай - ну хотя бы в соседний район? Давай делать что-то с вредом для здоровья, давай... обольём жёлтой краской газон?
Хозяин твой - дурень. Да знаю, что любишь. Умеешь любить - оттого и болит. Давай выть дуэтом. Хоть ты не осудишь, не пнёшь под коленку за скомканный вид. Давай отыграем взаимоподдержку, давай притворимся друзьями на час... Сосед по ступенькам грохочет тележкой. Ну надо же - трезвый, и корма припас.
Не нужно бежать штурмовать Гималаи. Всё будет как надо. Причины выть нет. Собака счастливо и преданно лает. Я глажу подушку, прижавшись к стене.

15:23 

Общаюсь с милым латышским парнем, чтобы написать о классном деле, которым тот занимается. Я наивно полагала, что вопросы буду задавать я.
- Ну что, в Латвии есть фашизм?
- Э... Я не видела.
- А все ваши медиа пишут, что есть. А что происходит на Украине?
- Бардак.
- А кто в нем виноват?
- Все.
- Путин - хороший президент?
- Из возможных кандидатов не худший. Но мне не нравится.
- Ну ладно, можем быть друзьями.
А после интервью мне пришлось отвечать за то, что Ушаков не чинит Вантовый мост и ворует через оффшоры... Ну хоть Сталина и Александра Третьего мне не припомнили, и то спасибо

15:33 

Почему-то каждый раз, когда я вижу слово "рукопожатный", я сначала читаю его как "рукопожопный". Моя больная фантазия рисует чью-то жопу, которую нужно ублажать, чтобы считаться за своего. Буду на вопросы о политической ориентации отвечать "нерукопожопный патриот". Потому что на тру патриота рукопожопности не хватит, а либерал из меня даже нерукопожопный не получится. Хм. Прям единица измерения твёрдости политической позиции получается. Насколько ты либерален? Ну так, не очень, на пару-тройку рукопожопностей, в жару на пять-шесть... О нет, патриоты, мы теряем его, рукопожопность стремительно падает, тащите скальпель и портрет Хирурга...
А тест "Медузы" глючит. То БГ в патриоты записали (ну он ладно, у него "древнерусская тоска" случается), то вообще Познера с какого-то перепугу...

08:33 

Ох, налей, налей, да до дна, до дна.
От вины вино, горький смех от сна.
Смех от слёз до слёз, да сквозь соль, сквозь боль.
Сколько есть в тебе – умножай на ноль.

Ох, беги, беги, не гляди назад.
Тень крадётся вслед, щурит волчий взгляд.
В ночь заходит день, тянет руки тень:
Будь со мной, со мной. Я твой плащ, надень.

Я твой плащ, твой плач, я твой фрак, твой страх.
Мы с тобой одно, без меня ты – прах.
Без чернил пусты белые листы.
Просто я есть ты. Я и есть – лишь – ты.

19:53 

Детишки-ангелочки

Детишки 7-10 лет во дворе играют в "челленджи". Если мальчик А выполнит 50 "челленджей", мальчик В даст ему поиграть смартфон. Среди челленджей - потрахать дерево и пососать член.
Мля. Я старая ханжа, но идите вы нахер со своими идеями полового просвещения с детсадовского возраста. Я никогда не признаю такое поведение нормой.

23:17 

- Ты была когда-нибудь пьяной? - спрашивает Вова.
- Совсем пьяной - не была.
- А не совсем? Насколько изменилось твоё сознание?
- Мне хотелось обнять *чувака*, - честно ляпаю я. - Причём он при этом он рассказывал мне, как некрасиво я выгляжу.
Спустя полчаса меня вызывает мама.
- Мне Вова рассказал, как ты пьяная хотела обнять *чувака*, а он говорил, что ты страшная. Когда ты успела с ним напиться? Почему я этого не знаю?
Объясняю, что не так всё было.
- Думай, что говоришь ребёнку. А то он мне говорит: "Алкоголь на Настю так хорошо действует".
- С нами-то ты обниматься не любишь, - жалобно тянет ребёнок.

18:20 

В прополке есть что-то сказочное. Борьба со злом. Всё чётко: угнетённый китайский лимонник, задушенный беспощадной вездесущей снытью, а я в роли светлого паладина. Уничтожаю корни зла, способные разрастись на несколько метров.
С другой стороны, в прополке есть что-то от геноцида. Клумба для клумбян, расово неполноценная сныть подлежит сожжению. Ну а я в роли единоличной зондеркоманды.

13:52 

Псс, парень, хочешь немного заговора?..

Ящитаю, с началом митингов в Армении пришло время ликовать тыжправославным конспирологам. Ага! Ещё одну православную страну жидомасоны американские супротив нас настраивают! Грузию настроили, Украину ого-го как настроили, Сербию не вышло, так разбандосили, в Греции кризис устроили, теперь вот Армению раскачивают.
Как истинный конспиролог, предлагаю продолжить цепочку размышлений. Где бардак изначально носил массовый (подчёркиваю, массовый) антироссийский характер? Правильно, в целых ноль странах. Кто внёс существенный вклад в антироссийские настроения? Правильно, российские СМИ и мудрое руководство страны. Ахтунг, я нашла настоящую пятую колонну и главных получателей жидомасонских денег! Кстати, лет пять назад в одной Очень Православной книжке я наткнулась на стопроцентную инфу о том, что дядя Вова - тоже жидомасон. Ящитаю, мы все должны об этом задуматься.
З.ы.: это шутка юмора, я не верю в заговоры, потому что меня купили рептилоиды.

12:41 

Два сна

1. Я была в церкви. Стояла слева у окна, а рядом почему-то была одна учительница из нашей школы (одна из самых лучших и адекватных). Совсем рядом с окном шла железная дорога. Ехал поезд, можно было смотреть на колёса. Глядя в окно, я вдруг увидела, что с железной дорогой что-то не так. Поезд начинал рушиться. Как в кино, в замедлнной съёмке. Вместо того, чтобы заорать и бежать, я стояла и наблюдала, а потом отошла от греха подальше в правую часть церкви и учительницу за собой позвала. Она стала отходить, и в этот момент поезд сошёл с рельсов и полетел в окно. Людей, которые там стояли, просто смололо, включая учительницу. А я стояла в безопасности и размышляла: то ли идти людям помогать, то ли фотографировать, ведь такие кадры крутые-эксклюзивные. Потом всё-таки пошла помогать. Потом поняла, что там остался мой рюкзак, где был ноут и мобильник. И расплакалась, причём вещи мне было жалко примерно в той же мере, что и учительницу, а на остальных людей вообще пофиг было. Ещё думала: "Ну вот, даже в фейсбук теперь обо всём этом не написать. И где взять денег на новый компьютер, я же даже заработать не смогу?"
Почему-то долго не ехали спасатели, и мы стали сами вытаскивать раненых. Несколько людей передавило отлетевшим рельсом, и остальные решили этот рельс поднять. Я вспомнила серию "Доктора Хауса", где нельзя было так просто взять и вытащить из-под стены девушку с передавленными ногами, потому что кровоток освободится и кровь вытечет очень быстро. Но сказать я об этом ПОСТЕСНЯЛАСЬ и стала помогать поднимать рельс.
Потом на выходе с места аварии я нашла свой рюкзак. Весь в бетонной крошке, но целый. Мне было стыдно, но я была рада. Взяла мобильник и принялась писать пост на фейсбуке.
И вот самое страшное - это не летящий в окно поезд. Это то, что в реальной жизни я действительно поведу себя именно так. Что ещё страшнее - далеко не только я.

2. Снилось, что на фейсбуке появилась возможность переписываться с адом. Не с каждым умершим, а с администрацией. Что-то вроде пресс-центра. Некий Кедду отвечал за отдел крепостных, насмерть забитых барыней. Но некоторые грешники тоже могли стать администрацией. Например, описание одной особы звучало так: Аркадий, 58 лет, администратор кипящего озера.
Классное интервью получилось бы, если б я не проснулась.

Дневник Ананасти

главная